 |
|
It's mighty hard to make him work Saturdays, when all the boys is having holiday, but he hates work more than he hates anything else..
Марк Твен (Mark Twain)
«The Adventures of Tom Sawyer»
Но через год она умерла. Умерла. Все кончено… — И что же? — тихо спросил Пуаро. Молодая женщина по имени Карла Лемаршан стиснула руки и заговорила медленно, чуть запинаясь, но твердо и..
Когда ей позвонил один антиквар из Берлина и попросил ее сделать для него несколько эскизов, она прокричала в трубку: -- Оставьте меня в покое!..
Патрик Зюскинд (Patrik Suskind)
«Тяга к глубине»
Смотрите также:
Морис Леблан. Арест Арсена Люпэна. Аннотация
Перевод с французского Анатолий Коган
Нет на свете туриста, достойного этого звания, который
не знает берегов Сены и не замечал между развалинами Жумьежа и
руинами Сэн-Вандрила странный маленький средневековый замок
Малаки, гордо сидящий на своей скале, в самой середине реки.
Арка моста связывает его с дорогой. Основания его мрачных башен
сливаются с гранитом, на котором он стоит,-- огромным блоком,
оторвавшимся от невесть какой горы и выброшенным на это место
каким-то невероятным катаклизмом. Вокруг него, со всех сторон,
тихие воды играют среди камышей, и стебли трав колышатся над
мокрыми грудами речной гальки.
История Малаки сурова, как его имя, и причудлива, как
его силуэт. То была непрерывная череда сражений, осад, штурмов,
грабежей и резни. На посиделках в деревнях округи Ко с дрожью
вспоминают преступления, которые были в нем совершены.
Рассказывают таинственные легенды. Говорят о знаменитом
подземном ходе, который вел когда-то из него к аббатству Жумьеж
и к замку Агнессы Сорель, любовницы Карла VII.
В этом старом пристанище героев и разбойников живет
теперь барон Кагорн, Барон Сатана, как его не так давно звали
на бирже, где он несколько поспешно разбогател. Разорившимся
владельцам Малаки пришлось продать ему, чуть ли не за кусок
хлеба, старинное жилище предков. Барон привез в замок собранные
им замечательные коллекции картин и мебели, фарфора и
деревянных резных панно. И живет здесь один, с тремя старыми
слугами. Никто в эти стены теперь не проникает. Никто ни разу
не любовался под сводами этих древних залов тремя полотнами
Рубенса, которыми владеет барон, двумя Ватто, кафедрой работы
Жана Гужона и другими чудесами, взмахами банковских билетов,
вырванными прямо из рук богатейших завсегдатаев публичных
аукционов.
Барон Сатан боится. Не за себя -- за сокровища,
собранные с такой неизменной страстью, с интуицией любителя,
которого самые дошлые торговцы не могли ни разу надуть. Он
любит их. Любит их жестокой любовью скупца и ревнивой --
супруга.
Каждый вечер, к закату, четыре окованные железом двери,
поставленные в начале и конце моста и перед въездом на парадный
двор, запирают на засовы. Электрические звонки готовы зазвучать
в тишине при малейшем толчке. Со стороны Сены опасаться нечего:
скала там круто обрывается вниз.
И вот, в одну из сентябрьских пятниц, к мосту подошел,
как обычно, почтальон. И, как обычно, барон сам приоткрыл
тяжелую дверь.
Он осмотрел прибывшего так подробно, как если бы не знал
уже, причем -- не первый год, эту веселую, добродушную
физиономию с насмешливым взором старого крестьянина, человека,
который со смехом ему сказал:
-- Это снова я, господин барон.
Страницы: (14) : 1234567891011121314
Вы читаете «Арсен Люпэн в тюрьме», страница 1 (прочитано 0%)
«Красный шарф», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Черная жемчужина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Шерлок Холмс приходит поздно», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тем временем:
...
И с тем пришлось человеку отправиться обратно.
Но когда он ушел. Бог остался сидеть опечаленный и удрученный. Ладно бы
еще они придрались к чему-нибудь другому из созданного им, это бы не так
его задело, но древо познания было особенно дорого его сердцу, быть может,
потому, что сделать его было куда труднее, чем прочие деревья и вообще все
остальное на земле. И он как настоящий большой художник думал в этот час
не о тех своих работах, которые заслужили всеобщее признание, но лишь об
этом непонятом творении, в которое он тайно вложил весь жар своей души, не
получив взамен никакой радости. Ведь именно эта его работа представлялась
ему чрезвычайно, исключительно важной - он просто не мыслил себе, чтобы
человечество могло обойтись без нее, без заключенного в ней глубочайшего
содержания.
И вполне возможно, он был прав. Ведь он гениальный творец, и ему
самому, конечно, виднее. Ему самому лучше знать, во что он вложил всю свою
душу.
Он сидел и думал о том, как неблагодарны люди по отношению к нему и к
его наиболее выдающемуся творению.
Трудно сказать, сколько он так просидел. В вечности время течет,
возможно, весьма стремительно, и то, что для полета господней мысли всего
лишь единый взмах крыла, для нас, возможно, длится тысячелетия. И вот
опять явился к Богу визитер, но на этот раз пришел к нему сам архангел
Гавриил.
- Ты представить себе не можешь, что творится на земле, в раю, - сказал
он, - это нечто невообразимое. Люди только и делают, что все тебе портят и
губят, и ради этого всячески изощряются, идут на ужасные низости и
злодейства. У них там дым коромыслом, шум такой, что оглохнуть можно, -
они швыряют друг в друга мерзостные плоды древа познания, которые лопаются
с чудовищным треском и, что хуже всего, вырывают из земли всю
растительность. А хвастают и бахвалятся люди так, что слушать тошно: они,
мол, все знают и умеют получше самого Господа Бога, они изобретают такое,
что тебе и во сне не снилось. И у них в самом деле есть жуткие чудища,
которые все рушат на своем пути - все, что было придумано тобою, - а в
воздухе у них летают огромные поддельные птицы, изрыгающие пламя и сеющие
опустошение...
ресурс http://www.leblan.ru/
